Формирование целевых ориентиров вполне осуществимо при мобилизации немалых экспертных ресурсов. Но уже здесь возникает угроза качеству таких ориентиров из-за селекции аналитиков по критерию политической лояльности. Необходимо учитывать также воздействие политического заказа. Вряд ли авторитарные власти одобрят преобразования, подрывающие их роль. Легко предвидеть, что преобразованиям, направленным на рост инициативы, будет противопоставлено усиление контроля.
Также и цели, сформированные лишь экспертами, без их корректировки политически представленными слоями и группами, могут существенно расходиться с насущными задачами развития. Деформирующее влияние групп специальных интересов также можно нивелировать лишь открытыми политическими процедурами.
Но более серьезные проблемы возникнут на этапе политической мобилизации. Здесь скажутся экзистенциальные характеристики «серпентария» российских элит. Они хорошо мобилизуются лишь против любой «слишком продвинутой» фигуры, но плохо консолидируются по содержательным основаниям. Они, тем более, вряд ли способны поддержать цели, выбранные без их участия. Навязываемый «сверху» проект будет отторгнут. Если же навяжут - полностью извращен.
Без принятия модернизационного проекта российскими элитами у него нет шансов на успех. Более того, нужен уважительный диалог, корректировка оспоренных положений такого проекта. Необходима, пусть и усеченная, но все же демократическая процедура. В ее рамках наиболее влиятельные группы страны должны ясно увидеть свою долю в плодах грядущего успеха. Любые манипуляции блокируют столь необходимую мобилизацию.
Более того, необходимо расширение рамок демократического процесса. Это обусловлено «размытостью» элит, разветвленными их связями с субэлитными группами.
Эффективная процедура принятия модернизационного проекта не может быть узкоэлитарной - чтобы обеспечить его легитимацию.
Авторитарный путь модернизации связан с хорошо известными системными рисками.
Во-первых, он исходит из посылки, что демиурги авторитаризма обладают монополией на знание проблем страны. Но рациональный выбор целей модернизации требует комплексного и разностороннего подхода. Его трудно обеспечить даже в рамках открытой и широкой дискуссии. При политической закрытости шансы утрачиваются напрочь. Рассчитывать же на прозорливость авторитарного лидера - чрезмерный риск. Слишком редко сочетаются харизма, необходимая для авторитарного лидерства, с чуткой социальной рефлексией и рациональным анализом.
Во-вторых, авторитаризм неизбежно разрушает обратные связи, искажает идущие «снизу» сигналы о реальном положении дел. Управление становится в строгом смысле бессодержательным - обратные связи создают возможности корректировки задач модернизации, адаптации институциональных механизмов. При авторитаризме нарастающие расхождения планов с требованиями жизни опознаются лишь тогда, когда они разрастаются до масштабов кризиса.
Губительно и стремление авторитаризма к полному социально-политическому контролю, ограничениям инициативы. Сегодня, когда мобилизация активности и самостоятельности социальных субъектов - жесткий императив, авторитаризм погубит любой реальный модернизационный проект.
Признавая недостатки авторитаризма, его адепты указывают на животворность политической мобилизации. Но и здесь авторитаризм - плохое лекарство. Он, набивая на расхлябанное общество силовые обручи, вроде бы противостоит распаду. Но, не излечивая причины загнивания институтов, авторитаризм лишь загоняет противоречия вглубь. Силовое подавление разрывов между оторванными от жизни нормами и требованиями этой самой жизни лишает государство легитимности. Поддержание стабильности превращается в самопожирающий молох.
Часто исторические обстоятельства не оставляют выбора. Государство и нация сталкиваются с витальным вызовом, а предшествующее развитие не создало активных групп - опоры для органичной модернизации. Тогда горькое лекарство авторитаризма может стать спасением. Неорганичная модернизация все же лучше национальной катастрофы. Примеры Турции, Сингапура, да, я думаю, и СССР - тому подтверждение. Однако в современных условиях, когда сложилась «новая Россия», все попытки авторитарного выхода будут вести к блокированию социальной активности, росту дезинтеграции, политической напряженности и, следовательно, к разрушению модернизационного потенциала. Сегодня рационально-телеологическая парадигма не может быть основой модернизации.
Ряд серьезных экспертов отстаивают сознательный отказ от «больших» проектов в пользу локальных, идеолого-генетическую парадигму. По их мнению, это ведет к меньшим рискам ошибок планирования, стратегических просчетов. Они справедливо указывают на неустранимые риски таких проектов.
Действительно, модернизационные проекты всегда базируются на вполне определенных представлениях о характере развития модернизируемой страны. Предполагается, что ее проблемы могут быть выявлены и проанализированы. То есть такие проекты разрабатывают исходя из веры в достаточность знаний об обществе, законах его развития. Риск просчетов при формировании проекта принципиально неустраним, но все же он может быть кардинально снижен, во-первых, осознанием его наличия; во-вторых, мониторингом реализации модернизационного проекта.
Но при этом отказ от «большого» интегрального проекта модернизации создает угрозы негативного кумулятивного эффекта, связанные с известной проблемой комплементарности преобразований. Локальные реформы, не связанные целостной концепцией, могут, заглохнув в одном звене, вызвать цепную реакцию недоверия. Реформаторские усилия окажутся подорванными не только локально, но и в смежных секторах, а то и во всем обществе.
Исторический опыт убедительно показал, что идеологически вдохновленный подход, ограждающий генетическое, «естественное» развитие, так же, как и авторитарные модели, ведет к нарастающему отрыву от практических нужд. В целом, можно заключить, что идеолого-генетический подход и не снижает уровень рисков, и не обеспечивает ответа на вызовы России.
Анализ альтернатив оставляет единственную - рационально-генетическую парадигму.
Для оценки препятствий, стоящих на пути проекта, основанного на этой парадигме, Совет по национальной стратегии под руководством автора провел масштабное экспертно-модельное исследование с участием ведущих экспертов. В нем были изучены факторы, влияющие на темпы и качество экономического роста - важного индикатора модернизационного проекта [61].
Исследование показало, что основные препятствия для динамичного развития отечественной экономики - слабость государственной поддержки институциональных норм, неопределенность и непоследовательность государственной экономической политики. Имитационные исследования с использованием созданной модели показали, что устранение этих барьеров открывает новые возможности для повышения темпов экономического роста. Таким образом, сегодня главная проблема модернизации - новое качество государства.
Повышение качества государства как необходимой предпосылки эффективной модернизации явно противоречит авторитарному варианту развития. Назрел стратегический поворот к иной, рационально-генетической парадигме, к модернизации «снизу». Модернизационный проект должен основываться на рациональном анализе актуальных проблем развития нашей страны, на их демократическом обсуждении, на широком консенсусе относительно целей и задач такого проекта, а также на генетически ориентированной институциональной поддержке инициативы различных социальных субъектов. Модернизация «снизу» - не гарантия легкого успеха. На этом пути много проблем, но главное его преимущество - шанс избежать тотального отчуждения государства от общества, не доводить локальные проблемы развития до полномасштабного кризиса, угрожающего будущности России.
Глава III
Задачи национально-демократической модернизации
§ 1. Национально-демократическая модернизация: сущность и противоречия
Переход к новой парадигме развития - глубокий поворот в общественном развитии России. Крайняя необходимость в нем не означает, что совершить его легко. Вообще не факт, что он возможен. Нужны серьезные доказательства, без которых такой поворот был бы форменным безумием. Соответственно нужно изучить предпосылки для смены парадигмы развития, которые, включая появление «новой России», создают шанс на перемену участи нашей страны.
